Профессия переводчика может быть очень интересной. Особенно при переводе. У меня случаются такие нелепые и абсурдные происшествия, что я теряю счет подробностей. Вы знакомитесь с новыми людьми, всегда есть что-то новое, чему можно учиться, путешествовать и познавать мир. Вы совершенствуете языковые и психологические навыки… ну, сладкая работа. События и персонажи вполне реальны. Имена парафированы из соображений национальной безопасности… Ха-ха, чушь собачья! Просто здесь важны не имена, а события. Я не знаю, сколько их было, я не могу сосчитать до такого количества.
Я в последнее время не был у переводчика, не такого, как в рассказах. Тривиальные вещи вроде похода с клиентом в банк, к нотариусу или к врачу не в счет. Слушай, это интересно после Первого округа. И меня там уже знают. Однако каждый раз, когда мы видим К. или М1, мы одновременно вспоминаем, как бок о бок мы «спасали мир», но вместо почета и уважения получали порицание. А встретимся ли мы с М.К. или Г.К. мы приветствуем друг друга «длинной белой луковицей» и с любовью вспоминаем донью Сесилию и долгий путь домой.
Дом, дорогой дом
Сентябрь 2014 года. Я как раз увольнялась с работы секретаря в общественном центре, так как занимавшая эту должность женщина вернулась из декретного отпуска. Я решила зарегистрироваться в бюро по трудоустройству. Оказалось, что несколько женщин из сферы образования поедут в Чераско, чтобы завести знакомства, обменяться опытом и т.д. Естественно, я приняла приглашение на перевод. Зарегистрироваться в обменной программе нужно было в течение 7 рабочих дней с даты расторжения моего контракта, мы должны были вернуться на день раньше. Это меня немного беспокоило, я не люблю делать дела в последний момент. Еще меня немного тревожило то, что на следующий день после возвращения домой моя мама и сын должны были лечь на операцию. Да, незначительную и плановую, но все же. Но – муж был с ребенком, мой брат с матерью, а я уехала спокойной и полной энтузиазма к приключениям. И они не опоздали.
Нашу поездку и пребывание организовало какое-то турагентство (если бы это сделал я...). По дороге в аэропорт и во время полета все было нормально. Когда мы приземлились в Кунео, нас забрала машина хозяев. Мы специально сообщили агентству, что нам пришлось разместить нас в черте города Кераско, потому что у нас были встречи, но не было транспорта. Да, но нет. Отель был отличным. Но это было буквально в глуши. Представьте себе кукурузное поле, поля, подобные нашему, и отель посередине. А город находился всего в 10 км. Или 6 - уже не помню, но в обоих случаях мы не могли ходить несколько раз в день туда и обратно. Лидер группы позвонил в агентство, но сделать ничего не удалось. Было решено, что мы будем пользоваться такси, а расходы оплатят организаторы, которые загнали нас в никуда.
Было четыре дамы. М.К., С.П., Г.К. - женщины-директора различных школ и Д.Х. - от РУО. Нас было пятеро. Интереснее нашего пребывания были две вещи – фестиваль улиток и исчезновение Д.Х. В этот период в Кераско проводился фестиваль улиток. Городок небольшой, но гостей было полно. Центр шумный, украшенный всевозможными статуями и фигурками улиток. Хозяева из ратуши пригласили нас на ужин. Была музыка, танцы, свет... ужин проходил в огромной палатке, что-то вроде пикника, с деревянными столами и стульями, пластиковыми стаканчиками и тарелками. Внутри были самые разные люди, это было доступно всем, но нас разделили за специальный стол и нас обслужили. Остальные были поданы в виде шведского стола. Мы попробовали 8!!! вид блюд из улиток. С рисом, со шпинатом, в собственном соусе, жареные, отварные... с томатным соусом... Каждая порция была очень маленькой по весу, чтобы все помещалось. Мы переедаем.
Мы поблагодарили хозяев за гостеприимство и обильное застолье и такси отвезло нас обратно на кукурузное поле, т.е. в отеле. На следующее утро мы позавтракали и рано поехали в город. Мы решили сначала прогуляться по округе и ближе к вечеру встретиться с директором местной школы. Мы были веселой компанией. Мы дошли до местного замка, пробрались в какую-нибудь волшебную безделушку, смиренно склонили головы перед красивым и величественным собором с изысканными статуями и, наконец, сели отдохнуть в парке. Однако по пути Д.Х. и С.П. они дали что-то короткое. Не помню, какая была тема дорамы, но в какой-то момент они уже сильно поругались. Помню, что две другие дамы решительно встали на сторону С.П. И Д.Х. рассердился Но совсем как маленький ребенок. Нацупи перестала с нами разговаривать и пошла последней. Я решил оставаться нейтральным, по крайней мере, моя работа там не предполагает принятия чьей-либо стороны. Однако у меня было свое мнение. И дело в том, что один из группы вёл себя как сука. Мы сели обедать, но Д.Х. она отказалась, пошла гулять. пока-пока Мы как раз заканчивали обед, когда заметили ее в ближайшем магазине. Я кричал и махал ей рукой, чтобы показать ей, в каком направлении мы идем. Мы шли медленно и болтали.
Где-то в парке мы заметили, что Д.Х. она ушла. Мы осмотрелись, я доскочил до перекрестка... ее уже не было. Мы волновались. Кераско – городок небольшой, но человеку, не знающему города и не знающему языка, бродить по улицам в одиночку неприятно. Мы пошли ей звонить - телефон был выключен. Мы уже серьезно забеспокоились. Что нам делать? Разбежимся по улицам, где проходили, или погуляем вместе? Мы решили, что последнее — лучшая идея. Мы снова проехали мимо церкви, волшебного магазина и переулков в центре города… никаких признаков DH. В свое время М.К. с тревогой сказал, что пришло время встречи. Что теперь? Если мы не пойдем, это будет безответственно. Но оставим потерявшуюся, которая неизвестно где она, в порядке ли она... Как-то интуитивно мы решили, что с ней все в порядке и пошли в школу. М.К. теперь она была скорее разъярена, чем обеспокоена. Потому что это был Д.Х. как представитель РУО он будет вести беседу и встречу.
Прошло около двадцати минут, когда Д.Х. расцвела свежей, как роса, лукавой улыбкой, гласившей: «Я тебя взорвала»… Но в остальном вполне профессионально извинилась за опоздание и присоединилась к обсуждению. Они организовали обмен кадрами и студентами (по ряду причин в дальнейшем ничего этого не произошло) и в какой-то момент мы уехали. Мы вышли на тротуар, и остальные трое набросились на «заблудшего», как голодные гиены на раненого льва. И это справедливо. Они хорошенько ее избили, в конце концов заключили своего рода перемирие, и мы ушли. Я упорствовал в том, чтобы быть Швейцарией.
Остальные два дня прошли без происшествий. Вчера вечером у нас произошел инцидент. С.П. поднял температуру. И мы купили прошутто, вино, сыры и собирались на вечеринку. Однако она была боевой дамой и послала меня за сотней водки из бара. Поскольку коньяка, которым можно было бы намазать ему пятки и ладони, у нас не было, то водка вполне сгодилась бы. Я спускаюсь: «Добрый вечер, сто грамм водки, пожалуйста». Ну нет таких глаз. Бармен посмотрел на меня так, будто я заказал сто литров и выпил их на своего бывшего. «Тааааааааааа», — конечно, протянул он, глядя на меня почти с ужасом. Я утвердительно кивнул. Я взяла свой стакан, поднялась в комнату и рассказываю им, а они смеются. С.П. Я обмазался, мы устроили что-то вроде стола и бросились. Однако оказалось, что штопора для вина у нас нет. И все в один голос "Ну, Илето сойдет". Ну, я уже был убежден, что я алкоголик, по крайней мере, лезвие было полным. Не то чтобы меня это заботило. Я спускаюсь с бутылкой и уже громко смеюсь. Бармен посмотрел на меня и тоже начал ухмыляться. «Мне не нужно было говорить ему, чего я хочу», — подумал он про себя. Беру штопор, в это время приходит его коллега и говорит ей "это болгарка с водкой". Хороший! Я стал объяснять, что по старинному народному рецепту температуру сбивают крепким алкоголем и водку мы не пили. Их интересовало, как мы лечимся дома при отсутствии лекарств, но они мне, наверное, не поверили. Вечер прошел в смехе и стебе на тему «балканского алкоголизма».
И началось великое возвращение домой. Утром мы взвалили на плечи багаж, ездили только с мануалом и отправились в путь. Нанятое агентством такси забрало нас и отвезло в тот же аэропорт, в котором мы приземлились по прилету, т.е. Кунео. Мы ждали. Мы пили кофе, курили, постучали... и как-то на нас нашло странное ощущение, что что-то не так. В свое время М.К. попросил меня проверить, когда наш рейс, потому что он приближался, и на знаках нигде не было никакой информации. И прошло почти два часа. Я пошел спросить и... в тот день рейса из Кунео в Бухарест не было. Почему бы и нет, а!? У нас есть билеты. Показываю билет служащему и вижу, что на самом деле мы летим из Турина, до которого около 100 км. Замечательный!
Звоним в агентство с пеной у рта и спрашиваем, почему водителю поручили отвезти нас не в тот аэропорт. Начали ворчать, извиняться... Решение - нанимаем такси, спрашиваем счет у водителя, и они переведут сумму пока мы едем, т.е. давайте заранее договоримся о цене. Я начал рыться в сети в поисках поездки. Нашел после третьего отказа. Тот, кто сумасшедший, пробежит 100 км, не будучи уверенным, что ему заплатят! Пришла донья Сесилия, очень милая и приятная женщина. Мы тоже передали данные в ведомство, предупредили, что если нас выгонят, то будет плохо, и ушли. У нас действительно был шанс, если повезет, успеть на наш рейс. Но это не было написано. По дороге мы разговорились с итальянкой. Тема была какая у них в округе фрукты и овощи, чем отличаются от наших и тому подобное. Я официально перевожу. Однако на Порро Я застрял. Я думал, думал, не мог вспомнить, что это было. Донья Сесилия подробно объясняет мне, что это длинная белая луковица. Я тоже перевожу. Дословно. В котором М.К. он начинает трястись от смеха и говорит мне: «Лик, будь Иль, мы его по-порей зовем по-своему». Мы много смеялись.
Где-то по пути я начинаю очень злиться. Вдобавок ко всему, у меня были месячные, кровотечение, и я была в последней чистой одежде. Донья Сесилия заверила меня, что мы скоро доберемся до заправки. Но это тоже было не совсем написано. Между тем, после нескольких проверок с нашей стороны, деньги до сих пор не переведены. Я не знаю, за сколько километров до аэропорта мы остановились. Но не на заправке. На шоссе. Вдалеке уже можно было увидеть взлетающие и приземляющиеся самолеты. Но мы остановились. Четыре колонны не двинулись с места. Впереди была жестокая катастрофа. Перелет меня уже не волновал, потому что мои биологические потребности буквально разрывали мое тело от боли. Я оглянулся — нет ни травы, ни канавы, ни куста, где можно было бы спрятаться. Только бетон. И автомобили. С людьми внутри. Он не мог поддержать себя. Я задавался вопросом, от чего я умру первым: от стыда того, что обмочился в штаны, или от потери крови. Честно говоря, если бы у меня не были месячные, я бы, вероятно, шла позади или перед машиной и просто облегчалась. Но учитывая то, что еще увидят окружающие, это было бы жестоко. В общем, то в жизни есть то, что есть в сказке. Больные вещи, однако.
Перевод Tribulations - Часть 3 - Балканские ведьмы спасают мир от инопланетного вторжения
Оказалось, что мои внутренние органы по мускулатуре могут соперничать с культуристами. Я сжал. Тем временем мы видели, как розовый фюзеляж Whiz Air великолепно взлетел… без нас. После получасового пребывания колонна слегка поползла. Донья Сесилия с грустью в голосе сообщает нам, что если они не переведут деньги на заправку, она нас там оставит. Шок и ужас. Но мы не могли ее винить. Не прошло и десяти минут, как мы остановились на заправке. Одну из машин только что вывели из места аварии — зрелище было жестоким, что еще больше подпортило нам настроение. Но я не мог выйти из машины. Меня сложили пополам, и каждый раз, когда я двигался, я чувствовал жестокие боли в животе, как будто мне делали кесарево сечение без наркоза. Это было от сильного сжатия. Постепенно, с помощью моих спутниц, мне удалось выбраться, но я не мог ни встать, ни пойти. Двое из них буквально несли меня на руках под мышки и тащили в туалет на глазах у напряженных взглядов прохожих. Я долгое время спокойно относился к этому. И это было больно. Кризис почек так не болит. В конце концов я скинул ненужную жидкость, попробовал попрактиковаться в гигиене и вышел, уже более дощатым шагом. Я купила кофе, вышла покурить и позвонила мужу, чтобы сообщить ему, что понятия не имею, когда и вернусь ли я когда-нибудь.
Тем временем деньги были переведены (наконец-то!) и М.К. сообщает, что, по информации агентства, рейсы из Турина в Бухарест, в Варну или в Софию будут доступны только через два дня. Это было уже дно. По крайней мере, мы так думали, было нечто большее. Нам нашли рейс из Бергамо, но на следующий день. Еще нам нашли небольшой гостевой дом в 10 минутах ходьбы от аэропорта, за ночлег платят. Однако это были еще 150 км, которые донья Сесилия отказалась ехать, если ей не заплатят всю сумму заранее. Естественно. Подождали полчаса, оплата прошла и мы уехали.
Я и так очень волновалась по нескольким причинам. И это было совсем не из-за моего физического состояния и не из-за сильного кровотечения. Другие тревоги терзали мою и без того измученную душу. Мы должны были лететь на следующий день, но, проведя простые расчеты, я пришла к выводу, что перелет в Бухарест плюс поездка в Варну означают прибытие домой посреди ночи. Первая проблема – на следующий день мне нужно было зарегистрироваться в бюро по трудоустройству, это был мой последний день. Если бы я опоздала, я бы осталась без денег, а работы у меня по-прежнему не было. В те годы финансовый кризис 2008 года уже прочно укоренился в моей семье, и каждая копейка была для нас на вес золота. Вторая проблема – опять же, на следующий день, когда я должна была быть дома, моя мать должна была лечь на операцию, она сломала руку. Операция была плановой, меня больше беспокоило, как на нее повлияет анестезия. Третья проблема – мой сын, опять же, плановая, незначительная операция, но я волновалась. Телепортироваться было невозможно… Я договорилась с мужем и братом, поговорила с ребенком и матерью, и мы отправились в Бергамо. Мы приехали поздно вечером. Обнявшись, поцелуившись и посмеявшись, мы попрощались с нашей Доньей и устроились в доме. Нашими хозяевами были пожилые, очень добрые люди. Мы договорились с ними, что агентство вышлет нам новые билеты на их электронную почту рано утром. У них был принтер, но за ночлег нужно было заплатить не позднее, чем до отъезда.
Я пошел в ванную. Боже, какое облегчение! И ощущение чистоты. В багаже я нашла чистую блузку, ношенную, но относительно чистую (без запаха пота, чего было достаточно). Штаны - единственное, что подошло, это черный спортивный костюм, он был для стирки, но он определенно был в разы чище и приличнее того, что я снял. Я уступил ванную Г. К., мы с ней спали вместе. М.К. и С.П. в другой комнате Д.Х. один. Меня очень беспокоил фондовый рынок. Звонить туда было уже поздно, но я вспомнил, что позвонил маминой подруге, чей офис находился рядом с офисом службы занятости. Мы договорились, что утром она объяснит им ситуацию, если они смогут пойти на компромисс. Я вышел на террасу покурить и позвонил подруге, чтобы отвлечься и рассказать ей о своих перипетиях. И почему бы большому куску моей дымящейся сигареты не упасть на навес внизу! Это не огонь, просто уголь. И тканевый навес. Эй, я уже разбудил ее. Я побежала на кухню, наполнила стакан водой и пересекла террасу. Хорошо, что внизу никого не было. Я говорю ГК, которая только что выходила из ванной, и она смеется: «А сколько еще было, а?!»
Искупавшись и отдохнув, мы решили совершить вечернюю прогулку, поесть... и выпить. Особенно второй. Музеи еще работали, но стремления к культуре у нас не было. Только для питья. Мы сели в каком-то ресторане, я даже не помню, что мы ели, это было что-то незатейливое. Я решил, что выпью текилу (любимый напиток). Остальное — граппа (итальянский вариант бренди, но гораздо более слабый, чем наш). Я не знал, что в Италии меры алкоголя 25 и 50, а не 50 и 100, как здесь. Бармен - молодой и красивый пуэрториканец буквально смеялся надо мной - текилы не было, а для молодых девушек она не подходила (я тогда еще была девушкой). Я кричу, дайте мне пять процентов граппы. «Но она очень сильная, тебя тошнит», — искренне считал он. «Сколько градусов?» — спрашиваю я по просьбе МК. Ответом было число 28, за которым последовал могучий балканский смех сразу из пяти глоток. Мы получили напитки, это было самообслуживание, но доминиканец принес нам еду и остался смотреть, как мы пьём. Мы выпили. И мы не напились. Но мы рассказали ему о балканской культуре потребления алкоголя. Его впечатлило, что в нашей стране мужчины производят собственное вино и бренди, и его глаза расширились, как блины, когда я сказала ему, что домашний бренди моего мужа свежий при 45 градусах.
Трудности перевода - часть 5 - На слух, на бумаге или на слух - переводишь по обстоятельствам
Расслабившись, мы пошли домой спать. Я уже задремал, когда что-то шипящее напугало меня. Это оказался освежитель комнаты. Я встал и положил его в шкаф. Звук был такой, будто на тебя шипит амазонский удав с децибелами, превышающими допустимый уровень (где обитает удав, я не знаю). Утром мы встаем на завтрак с надеждой, что все уже позади. Но это не так. Это было прямо перед нами, беды били нас в лица, которые мы так любили. Сначала вскрикнула хозяйка, и по словам, выпущенным как из пулемета, я понял, что она обвиняет нас в воровстве. Пока остальные гадали, что можно у нее украсть, чтобы она злилась как бешеный бульдог, я начал улыбаться. Ароматизатор. Я взял ее за руку, повел в спальню и демонстративно открыл шкаф. Женщина сразу успокоилась и начала извиняться. Проблема номер два - отправили четыре билета, пятый застрял, я не понял что. Д.Х. пропал. Проблема номер три – одна кредитка была пуста (агентства), другая застряла, теперь собирались пробовать третью… короче, сутки не были оплачены и хозяйка сказала, что не отдаст нам билеты (она их распечатала и забрала), пока они не заплатили. Три в одном перед завтраком и кофе — это действительно жестокий поворот судьбы, учитывая то, через что нам пришлось пройти раньше. Я сообщил агентству, что если они не заплатят, этот самолет взлетит без нас, и мы стали ждать. Когда я повесил трубку в полном отчаянии, что застряну за границей на неопределенный срок, хозяйка улыбнулась и сказала: «Я с вами этого не сделаю, но, пожалуйста, не говорите им». Я соучастно кивнул и поблагодарил ее от всего сердца. Прошло время, и последний билет пропал. Хоть в какой-то момент оплата сна прошла. Мы решили, что пора идти. Д.Х. сообщила нам, что у нее достаточно денег на карте и она купит билет, а затем агентство вернет его ей. Согласованный.
В аэропорт мы добрались на специальном автобусе, который нам заказала хозяйка. Бесплатно. В отличие от билета, который стоил где-то 250 евро. Хорошо, что у женщины были деньги. С.П. она тихо пошутила, что Бог наказал ее за ребячество несколько дней назад и за цирк, который она нам устроила. Мы сели и улетели. Наконец! Два часа душевного отдыха… и новое препятствие. Пилот сообщил нам, что мы собираемся приземлиться, и мы почувствовали, что самолет наклонился. После буквально вздоха и выдоха с облегчением от того, что мы направляемся домой, в салон снова прогремел голос пилота. Мы не собирались приземляться, по крайней мере, в ближайшее время. И самолет снова указал носом в небо. Все пятеро из нас начали трястись от гортанного истерического смеха под озадаченными взглядами бортпроводников и пассажиров. Нас спрашивают, кто мы, мы кричим с искаженной улыбкой. На самом деле, нам хотелось плакать. Оказалось, что некоторым военным вертолетам пришлось срочно приземлиться и нам пришлось некоторое время кружить. Мы приземлились. И вы, наверное, думаете, что все кончено. Боже мой... ты не догадался.
Тем временем внизу разворачивается еще одна драма. Наш водитель, который накануне должен был отвезти нас из Бухареста в Варну (каждого своей дорогой), подъехал к окраине Бухареста, когда ему сообщили, что мы пропустили рейс и возвращаемся обратно. Как нормальный человек, он тоже волновался и с нетерпением ждал, когда мы приземлимся. Он увидел, что наш самолет меняет направление и, услышав-непоняв, в чем причина, решил, что наш рейс собираются перенаправить на Констанцу. Наш мужчина побежал на стоянку, чтобы завести машину, и на бегу понял, что на его банковской карте недостаточно денег на дорогу и плату за проезд по шоссе, чтобы доехать. Он срочно позвонил жене, чтобы передать ему деньги. Не знаю, в какой момент он понял, что мы действительно приземляемся, и вернулся, чтобы ждать нас у выхода. Когда мы увидели его и он увидел нас, мы побежали обнимать друг друга. Это были настоящие человеческие объятия, когда ты видишь перед собой спасение. Мы посмеялись над тем, что его жене он не так уж нравится, а нам он нравится больше, чем нашим мужьям, по крайней мере, на данный момент. Мы уехали в Болгарию. По дороге услышал от домочадцев - все в порядке. Еще я услышала от женщин из службы занятости - и там все хорошо, на следующее утро они будут ждать, когда я пойду первой, скорее раньше, чем позже. Если придется, я не пойду спать, ха!
Расслабленные и спокойные, мы без всяких перипетий пересекли Дунайский мост (как же!?). Мы вошли в Русе, было еще светло. Мы решили поесть где-нибудь в центре города. Не разговаривая друг с другом, мы все заказали жареные тефтели. Спокойные и счастливые, с полными желудками мы побрели на стоянку. Мы выстроились, как суки, в телегах... но машина не заводилась. Стартер поперхнулся, как курильщик приступом кашля… и ничего. Совершенно новый автомобиль! Это просто блокировало нас эмоционально. По крайней мере я. До сих пор помню, что чувствовал себя как в трансе, как будто наблюдал за собой со стороны. Какая-то часть моего сознания настойчиво пыталась мне сказать, что мы все-таки в Болгарии, а Русе – это место, что называется, в шаге от дома. Я вырвался из транса, когда наш друг со смехом и слегка обеспокоенным тоном сообщил нам, что иногда женщинам тоже приходится давить. Мы будем продвигаться туда, куда пойдем. И мы толкнули. А стартер продолжал кашлять, как будто Арда курил. И мы снова толкнули... минимум двадцать минут. Внезапно послышался заветный звук рычания мотора и под наши бурные аплодисменты, словно мы услышали исполнение Моцарта, мы тронулись в путь. Мы все единогласно решили, что кто писал, кто курил, до конечного пункта остановки не будет.
Незадолго до полуночи, счастливо уставший, я запер входную дверь изнутри. Я был дома.
© 2024 Илиана Дечкова